ns_dima_schultz (ns_dima_schultz) wrote in litpeterburg,
ns_dima_schultz
ns_dima_schultz
litpeterburg

История петербуржца - Дмитрий Бобров

Оригинал взят у ns_dima_schultz в История петербуржца
"У каждого жителя Северной столицы есть возможность принять участие в литературном конкурсе «Неизвестный Петербург», приуроченном к 310-летию города на Неве" - услышал я два месяца назад по громкой связи, спускаясь по эскалатору станции Лиговский проспект Санкт-Петербургского метрополитена. Петербуржцам предлагалось присылать свою художественную прозу и исторические сочинения по электронной почте газеты "Петербургский дневник", а победителям конкурса обещали крупную денежную сумму и возможность участия в специальной телепередаче. Не корысти ради, но чтобы почтить родной город я принял решение об участии в конкурсе. К сожалению, о судьбе моего эссе устроители ничего не сообщили, равно как и не вышли на связь со мной, хотя подозреваю, что я всё-таки нарушил сроки и потому к конкурсу допущен не был по причинам формального характера. И странно было коль меня номинировали бы в губернаторском конкурсе, учитывая мою крайне сложную биографию. Публикую сегодня моё краткое эссе здесь.
Дмитрий Бобров

История петербуржца

Первым моим адресом в Ленинграде была улица Красная (ныне ей возращено историческое название — Галерная), дом 4. Вероятно, это единственная из петербургских улиц, начинающаяся под аркой — под аркой здания Сената и Синода. Впрочем, вру — другой такой улицей является Большая Морская, ведущая своё начало от Арки Генерального штаба, по образу и подобию которой, по повелению императора Николая I, и было выстроено в первой половине 19 века здание двух крупнейших государственных учреждений Российской Империи.

сис2

Последняя работа выдающего российского архитектора Кара Ивановича Росси являет собой два выстроенных в стиле классицизма, соединённых аркой крыла, с колоннадой и возвышающимся наверху античным аттиком, увенчанным скульптурной группой «Правосудие» и «Благочестие». Младенцем меня провезли под этой аркой, под строгими взглядами бронзовых гениев на фасаде, держащих в руках своды законов, и принесли спустя несколько десятков метров в старинный дом конца 18 века ставший первым моим пристанищем на этой земле.

Первым местом моего постоянного жительства стала Красная-Галерная, но родился я на Васильевском острове — в Научно-исследовательском институте акушерства и гинекологии имени Отта. Расположенный в самом центре Петербурга - на Менделеевской линии, вблизи Стрелки ВО и Университета, бывший Императорский повивально-гинекологический институт и в наше время является одним из престижнейших медицинских учреждений данного профиля.

Итак, я коренной петербуржец, и первые мои детские годы прошли в средоточие исторического Петербурга, в окружении прекрасных величественных памятников родного города. Сенатская площадь (в те времена — площадь Декабристов), Конногвардейский бульвар, названный в честь располагавшихся там казарм лейб-гвардии Конного полка, и Александровский сад стали местом моего детского моциона; и на фотографиях семейного архива, запечатлевших мои первые самостоятельные шаги, неизменным фоном служит архитектура имперского Петербурга. Двух или трёх лет отроду я стою на газоне, сжимая в руках игрушку, улыбаясь, смотрю в объектив, а позади возвышается Медный Всадник и чуть далее — Исаакиевский собор. В тяжкие минуты жизни, в дни суровых испытаний, боли и отчаяния я неизменно возвращаюсь сюда своим сердцем и внутренне словно возрождаюсь, вновь испытывая непередаваемое словами чувство благоговейного восхищения перед человеческим гением, создавшим этот великолепный архитектурный ансамбль.

мв

***

Моя семья переезжала, и следующим местом моего жительства стал дом на канале Грибоедова, вблизи Русского музея и корпуса Бенуа, площади Искусств, Спаса-на-крови и Невского проспекта. Здесь всё близко мне — построенный в стиле модерн «Дом компании Зингер» (дом «Книги»), Михайловский сад с его прекрасной кованой решёткой и далее — Марсово поле, Миллионная улица, и площадь имени великого русского полководца Александра Васильевича Суворова. Здесь Казанский собор с могилой Михаила Илларионовича Кутузова, гостиница Европейская, где во время войны располагался военный госпиталь, здесь воспетый Пушкиным Летний сад, ныне, после реконструкции, неузнаваемый, здесь сумрачный Инженерный замок, где задушили императора Павла. Но прежде всего здесь Невский, лучше которого нет ничего на свете, как писал Николай Васильевич Гоголь.

зингер
рмс
из

Если Сенатская площадь наводит на мысли о золотом Екатерининском веке и случившемся здесь в 1825 году восстании декабристов, являясь центром Петербурга прошлого, то Невский Проспект продолжает быть центром современного Петербурга ХХI века. Здесь всегда бурлит толпа, спешат люди, прогуливаются туристы и горожане. Я прожил тут недолго, но навсегда полюбил Невский проспект и его окрестности.

пи

***

Последующие десять лучших лет моей жизни прошли в совершенно другом районе, не столь великолепном и парадном, но для меня, тем не менее, полном очарования и притягательным — в районе Лиговского проспекта. На Воронежской улице я вырос, сформировался как личность, здесь я приобрёл привычки и устремления, определившие мой жизненный путь.

В моей жизни с ранних лет огромную роль играла художественная литература. Я выучился читать ещё в дошкольном возрасте и быстро перечитал все домашние книги. Родители — страстные книголюбы – дали мне бесценную возможность ознакомиться с русской классикой, за что я им безмерно благодарен. В 10 лет я записался в детскую библиотеку имени И. Крылова на улице Расстанной, а став чуть старше, записался в библиотеку имени С. Есенина на Лиговском. Причудливое стечение обстоятельств, о котором я сейчас Вам расскажу, актуализировало мою страсть к чтению, придав моей жизненной истории примесь печального абсурда.

Я прожил в Советском Союзе всего 12 лет, но это были первые мои годы жизни и потому воспоминания о них наполнены волшебством и ностальгией. Я помню чистые улицы, хотя, возможно, на деле они и не были так чисты, как я помню; я помню город, свободный от заполонившей его в наше время яркой и уродливой рекламы. Но моя детская социальная жизнь хранит также и воспоминания от столкновения с господствующей в то время государственной идеей.

Я учился хорошо, но, как и многие мальчишки в моём возрасте, имел некоторые проблемы с поведением. Оттого, когда настало время ритуального приёма в пионерскую организацию, меня не стали зачислять в основную группу детей, которых готовили к совершению данного социального обряда на знаковом для советской мифологии крейсере Аврора. Мне уготовили другое испытание — инициацию в члены Всесоюзной пионерской организации на Литераторских мостках — мемориальном кладбище, где похоронены многие великие писатели и поэты, выдающиеся деятели отечественной культуры. Также там похоронены члены семьи Владимира Ульянова-Ленина, что и послужило причиной выбора данного места для приёма в пионеры учащихся ***-й школы Фрунзенского района.

ли

Мне кажется, идея принимать детей в пионеры на кладбище могла родиться только в мозгу у бесчувственных фанатиков, каковыми многие из этих людей, к сожалению, и являлись. В квартале, где я жил, коммунальные службы часто меняли трубы и посреди дворов внезапно появлялись настоящие траншеи, весьма привлекательные для нас, детей, любящих играть среди них в войнушку. Но часто результатом раскопок рабочих становились не только ржавые остовы старых коммуникаций, но и дореволюционные надгробия из чёрного гранита с полустёртыми золотыми буквами на старорусском языке, которые складывали рядами на асфальте двора, а после увозили в неизвестном направлении. Для нас же в этом было нечто таинственное, мы словно варвары, случайно нашедшие в земле сокровища античности, любовались нежданной находкой, не понимая, что это и откуда оказалось в нашем дворе. Уже позже я узнал, что в советское время в Ленинграде были уничтожены не только многие прекрасные храмы прошедшей эпохи, но и кладбища. Бульдозерами их равняли с землёй, чтобы отстроить на высвобожденном пространстве необходимые постройки, такие, например, как БКЗ «Октябрьский», или же новые трамвайные пути.

Обряд свершился глубокой осенью и, возвращаясь домой по покрытым палыми жёлтыми листьями тропинкам, я обратил внимание на памятники с именами, знакомыми мне по книжным полкам. Это был Александр Блок, которого я тогда ещё не вполне понимал, Радищев, которого не понимал вообще, Лесков — мой любимый с детства и до сих пор русский писатель, не менее любимый волшебник русской прозы Куприн, неглубокие Мамин-Сибиряк и Ольга Форш, и многие другие имена, принадлежащие истории русской литературы и искусства. На почерневших от времени памятниках были и другие имена — Павлова, Менделеева, Миклухо-Маклая, Михайловского, Лесгафта, Попова, Бехтерева, Визе и других, чьих работ я конечно в детстве не читал, но о ком мне рассказывали в школе и чьи портреты украшали кабинеты химии, физики, географии и биологии, а также страницы соответствующих учебников. Все они нашли здесь своё упокоение.

Я потратил немало времени, чтобы обойти Литераторские мостки и ещё много раз возвращался на них, гуляя по тропинкам, вспоминая и думая о творчестве и судьбах погребённых здесь людей, многие из которых являли собой целую эпоху в какой-то из сфер российской и мировой науки и культуры. Возможно, именно здесь маленький человек из изначально смутного вакуума окружающей неопределённости сделал шаг в пространство живой истории, где день сегодняшний продолжает быть сопричастным прошлым славным дням.

***

С детства прошло уже много лет. Город изменился, и изменился, вероятно, более, нежели мне хотелось бы этого. Много машин и рекламы, перенаселённость, повышенная нагрузка на экологию и инфраструктуры сделали Петербург менее комфортным для жизни.

Но более всего страшит утрата в молодёжи того трудноуловимого петербургского духа, характерной ментальности, отличавшей жителей нашего города от других русских городов. Это и правильная речь, и некая аура цивилизованности в поведении и общении, выделявшая петербуржцев, например, на службе в армии. Возможно, причина размытия петербургской ментальности кроется в снижении значения культурных и образовательных учреждений, в прогрессирующей потере интереса к чтению русской классической литературы. Возможно, играет свою роль и иммиграция из других регионов, ставшая в последнее время настолько массовой, что город уже просто не способен ассимилировать под свои культурные и поведенческие стандарты настолько большое число людей.

Теперь мой страх — стать последним настоящим петербуржцем среди разноязыкой толпы современных дикарей.

***

Я коренной петербуржец во многих поколениях, но моя мама приехала на берега Невы из небольшого городка в Смоленской области. Её бабушка - моя прабабушка Наталья покинула Петроград во времена революционной смуты и криминального хаоса 1918 года. Тогда люди бежали от репрессий, бандитов и голода, бежали за границу или к родственникам в сельскую местность, где по сравнению с голодным Петербургом жизнь представлялась сытой и благополучной.

Другая линия моих предков жила в Петербурге и в самых ближайших его окрестностях, начиная, как минимум, с начала 19 века. Революция и последующие реформы привели к большим жертвам среди моих родных, с полной потерей их собственности и имущества. Бабушка рассказывала мне, что была возможность покинуть страну, которой, к счастью, семья не воспользовалась. К счастью, потому, что тогда бы мне не жить в этом сказочном городе, не быть петербуржцем и самим собой.

Быть петербуржцем для меня означает прежде всего обладать особым самосознанием, тесно сплетённым с историей и культурой имперской столицы. Это самосознание отнюдь не даётся автоматически по рождению, оно возникает через принятие петербургской культуры, через знание истории и чувства сопричастности с ней. Незримая духовная связь проложена навеки между мной и моим городом.

***

Как соотносится моё краткое автобиографическое эссе и тема литературного конкурса «Неизвестный Петербург» сложно сказать. Но писать о Петербурге для меня высокая честь и подлинное удовольствие. Ведь я неотделим от этого волшебного города стоящего на берегах красавицы-Невы, а он неотделим от меня. И нет ничего прочнее этой незримой духовной связи.

Дмитрий Бобров



в оформлении поста использованы фотографии из сети интернет

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments